Как в СССР проходила операция по раскрытию сети валютных спекулянтов

Немцы, не выдержав, ответили: "А разве в Москве нет черного рынка? Есть, да еще какой! У вас потрясающий черный рынок, такого мы нигде не видели. Поинтересуйтесь…"

У стен Кремля, на "плешке"

Хрущёв от неожиданности даже опешил. Это что же, он не знает, что творится у него в стране? Он приказал срочно разобраться и доложить! Он всем покажет, как позорить страну, строящую коммунизм!

19 мая 1961 года центральные газеты поместили на первых полосах сообщение: "Комитетом Госбезопасности арестованы и привлечены к уголовной ответственности за нарушение правил о валютных операциях и спекуляцию в крупных размерах Рокотов Ян Тимофеевич, Файбишенко Владислав Петрович и другие". Граждане были ошеломлены: при обыске изъяты 12 кг золотых монет, более 20 миллионов в иностранной и советской валюте, драгоценности. А люди на копейки живут…

…Перенесемся в Москву конца пятидесятых. "Плешка" - так называли знающие люди отрезок улицы Горького от Пушкинской площади до гостиницы "Националь". Здесь, рядом с Кремлем, в самом центре столицы, в основном и обитали иностранные гости. Здесь же проворачивали свои дела валютчики и фарцовщики - охотились на интуристов, предлагая им обменять доллары не по курсу. Тогда доллар официально стоил 4 рубля, а после реформы 1961 года - 90 копеек. Это для советских граждан. Для иностранцев существовал льготный курс: 10 рублей за доллар. Валютчики же давали за него туристам двадцать, а то и тридцать рублей. Потом они продавали эти доллары по 50, а бывало и по 100 людям, которые могли выезжать за границу.

По советским законам просто иметь валюту на руках было криминалом, а такая спекуляция считалась преступлением вдвойне.. Человек, выезжавший за рубеж, мог с собой взять всего 30 долларов США. Поэтому везли с собой колбасу, консервы - лишь бы сэкономить на питании и что-нибудь купить там, на подарки. В основном у фарцовщиков приобретали валюту артисты, спортсмены и специалисты, выезжавшие за границу работать. 

На валютном рынке сложилась жестко выстроенная иерархическая лестница, от "бегунков", добывавших доллары у иностранцев, до "купцов", которые сами не "светились", их знали немногие и то по кличкам. В Москве выделялись трое: "Ян Косой" - это 33-летний Ян Рокотов, "Дим Димыч", он же Дмитрий Яковлев - "Антиквар", и Владислав Файбишенко - "Владик".

Проворные "компаньоны"

Родного отца Рокотова звали Александр Орликов. Его жена умерла, когда Яну было всего три месяца. Поэтому его воспитывали тетки. Мужем одной из них был Тимофей Рокотов, главный редактор журнала "Интернациональная литература". Он и усыновил маленького Яна. Прозвище "Косой" Ян получил в школе. Девочка случайно ткнула ему в глаз карандашом. Он не ослеп, но немножко косил. Образование Ян имел то ли среднее, то ли семилетнее, хотя всех уверял, что учился на юридическом факультете МГУ.

Вторая крупная фигура - тридцатилетний Дмитрий Яковлев или "Дим Димыч". Уроженец Прибалтики, он там и проворачивал сделки. В свое время окончил МГУ, владел тремя иностранными языками. Деньги вкладывал в золото и предметы искусства, был помешан на антиквариате, за что и получил кличку "Антиквар".

Самым молодым в этой касте валютчиков был 24-летний Владислав Файбишенко - "Владик". Карьеру на черном рынке он начал в 1957-м, во время Всемирного фестиваля молодежи и студентов. Фирменные джинсы, батники, клубные пиджаки, диски - все это стало остромодным дефицитом, люди готовы были платить большие деньги.

Рокотов познакомился в ресторане гостиницы "Националь" с представителем немецкого частного банка "Отто и компаньоны" и выстроил с ним совместный бизнес. Внеся дома в немецкий банк марки, приезжавшие в СССР иностранцы получали от Рокотова советские рубли по выгодному курсу. И, наоборот, выезжавшие за границу люди сдавали Рокотову рубли, а за границей получали в банке валюту по курсу, который устанавливали "компаньоны". Элементарно, но эффективно. Через полгода в обороте у Рокотова были уже сотни тысяч… 

Для Владика Файбишенко Рокотов был кумиром. У него за плечами - восемь лет лагерей. Посадили по печально известной 58-й статье - антисоветчина. На лесоповале Рокотов, хилый и щуплый, не выполнял норму, бригада за это недополучала пайку, могли и избить. Он жил там в вечном страхе, но потихоньку приспособился. Говорили - нашел влиятельных покровителей и уже не ворочал бревна. Судя по всему, установил контакты со старыми валютчиками, которые еще в годы НЭПа подвизались на этой ниве. На волю вышел в новеньком костюме...

Утверждали, что Рокотов "подкармливал" двух начальников из МВД, которые курировали непосредственно "плешку", ежемесячно выплачивал сумму в размере их должностного оклада. Файбишенко с Рокотовым устраивали им выезд в Юрмалу - отдохнуть и встряхнуться от забот.

"Партия этого не потерпит!"

Вернувшись из Западного Берлина, Хрущёв дал команду разделаться со спекулянтами быстро и максимально сурово. Довольно скоро была раскрыта сеть валютчиков, а также группа посредников - московских, тбилисских и бакинских. Начались аресты. Первым взяли Владика Файбишенко. При нем оказалось 148 золотых английских фунтов и большая сумма в рублях. В ходе обыска у него было изъято иностранной валюты на сумму около пятисот тысяч рублей.

Вторым за решетку попал Дим Димыч. Его связная Раиса сообщила, что Яковлеву пришла посылка. В посылке нашли десяток дамских золотых часов, запрятанных в пару резиновых сапог. Яковлев сразу же во всем сознался и подробно рассказал о каналах контрабанды.

Рокотов был задержан на Ленинградском вокзале, где в камере хранения лежал его чемодан с деньгами. Об этом сообщила его подруга, по совместительству агент спецслужб. Когда ему заломили руки, он закричал, что чемодан не его. Но было поздно. При обыске нашли 1049 золотых монет, 16 402 американских доллара, английские фунты стерлингов, золотые часы. Он рассчитывал на людей из ОБХСС, с которыми был тесно связан - и он, и Яковлев были осведомителями. Одной рукой они фарцевали, а другой "стучали" на своих мелких подчиненных, сдавая их милиции. Возможно, это бы помогло им, но теперь в дело вступило КГБ по указанию самого Хрущева…

Зал Мосгорсуда, где судили Рокотова и Файбишенко, был набит битком. Заседания вел Леонид Громов, председатель Мосгорсуда. Суд назначил Рокотову и Файбишенко максимальное наказание - по 8 лет лишения свободы. Руководство КГБ организовало выставку изъятых у валютчиков ценностей. Ее посетил Хрущёв. Увиденное сильно его опечалило и он поинтересовался, какое преступники получат наказание? Услышав ответ, Хрущев взорвался: "От трех до восьми лет? Как? Всего? Как это может быть?! Они опозорили нашу страну, наш народ перед всем миром! Партия этого не потерпит!"

25 марта 1961 года указом президиума Верховного Совета СССР срок наказания за незаконные валютные операции был увеличен с 8 до 15 лет. Но поскольку его приняли уже после ареста Рокотова, Яковлева и Файбишенко, эту меру к ним применить было нельзя: закон, как известно, обратной силы не имеет.

Обратная сила закона

Однако, Рокотов и Файбишенко вновь предстали перед судом. В уголовном деле кроме них было еще девять подсудимых помельче. Дело Яковлева вынесли в отдельное производство. Судя по всему, КГБ склонил его к сотрудничеству, учитывая обширные связи с иностранцами.

Ценный агент!

15 июня Мосгорсуд приговорил Рокотова и Файбишенко к новому максимальному сроку - к 15 годам лишения свободы. О том, что закон обратной силы не имеет, предпочли не вспоминать. Если партия в лице самого Хрущева сказала: "Надо!", юстиция стыдливо опустила глаза.

Но 17 июня, то есть через день, на президиуме ЦК Хрущев гневно сказал: "Я вчера читал в газете о суде над валютчиками. И что же выходит? Что им дали всего-навсего по 15 лет? Это как? Что наши люди скажут? Почему не расстреляли?"

Приглашенный на заседание Генеральный прокурор Роман Руденко по возможности спокойно объяснил: "Расстреливать, Никита Сергеевич, мы не можем, потому что у нас закон этого не предполагает". Но Хрущёва это лишь распалило: " Человек, этот самый Рокотов, совсем разложился. Таким одно место - в гробу. У крестьян есть поговорка - худая трава с поля вон! Так что законодательство надо пересмотреть!"

Руденко попытался объяснить: "Если закон не установил смертной казни, мы не можем ее применять. За историю Советской власти никогда не было таких случаев". О том, что Руденко был против применения высшей меры к валютчикам и почему, мне рассказал его сын, Сергей Руденко, почти 40 лет назад. Потом я "докопался" до черновых записей Политбюро, где ответ Хрущёва был точно зафиксирован в стенограмме: "Да пошли вы к чертовой матери! Нужно расстреливать таких типов, чтобы не поощрять других к подобным деяниям! Вы вообще чью линию проводите? Линию мою, нашей партии или какую-то еще?" 

Но Роман Руденко, главный обвинитель Союза на Нюрнбергском процессе, тоже не мальчишка: "Я провожу линию, направленную на соблюдение социалистической законности", - хмуро парировал он.

"Вы свободны!" - буркнул Хрущёв. Эту фразу можно было понимать как угодно: свободен от заседания или от должности тоже?

Вскоре, выступая на митинге в Алма-Ате, Хрущёв снова высказался о деле Рокотова: "Вы читали, какую банду изловили в Москве? И за все про все ее главарям дали по пятнадцать лет! Да за такие приговоры самих судей судить надо!" В кулуарах и на закрытых совещаниях он высказывался еще жестче: "Таких судей самих надо расстреливать!"

Правосудие от "волюнтариста"

1 июля появился еще один указ президиума Верховного Совета, который теперь предусматривал за валютные операции смертную казнь - расстрел.

7 июля председателя Мосгорсуда Леонида Громова отстранили от должности. Но перед этим предлагали провести суд уже в третий раз и исполнить "расстрельный наказ". Громов отказался и написал заявление об уходе. Свое увольнение он воспринял тяжело. Смертная казнь в СССР была отменена еще в 1947 году. В январе 1950-го ее восстановили, но только для шпионов, изменников и диверсантов. А в 1959-м сам Хрущёв с трибуны ООН призывал отменить смертную казнь навсегда - по всем статьям и во всем мире. Прошло два года, и он же требует исключительную меру, наплевав на закон?

Руденко ждал своей участи два месяца. Его конфликт с Хрущёвым получил неожиданное разрешение на очередной сессии Верховного Совета СССР. Хрущёв попросил Руденко подняться и сказал: "Вот, я ставлю вам в пример нашего Генерального прокурора, который не побоялся высказать свое мнение, смело отстаивал свою точку зрения. Вот, берите с него пример".

Искренне говорил Хрущёв или лукавил? Кто знает. Зато точно известно, что на тот момент Рокотова, Файбишенко и Яковлева уже не было в живых.

Третий процесс по их делу состоялся 18-19 июля 1961 года. Верховный суд РСФСР приговорил валютчиков к смертной казни с конфискацией изъятых ценностей и имущества. За приговоренных просили их родители, а за Яковлева даже глава КГБ Шелепин, но 25 июля всем троим в помиловании было отказано. На следующий день их казнили.

Советская Фемида не устояла и окончательно отдалась "волюнтаристу".

Это к слову о том, что у нас в леволиберальных кругах по сей день поют осанну Хрущеву как гуманисту, борцу со сталинским беззаконием и творцу судьбоносной "оттепели". Такие вот "гуманизм и правосудие"…